AFTER NIGHT *

Moschino

Скажи Moschino — и в памяти всплывает череда аккуратных костюмчиков, шелковых блузок с бантами, маленьких кокетливых пальто и забавных, почти игрушечных сумочек. Сейчас нам кажется, что этот итальянский бренд всегда был и остается оплотом нескучной классики и элегантности, приспособленной к нуждам молодых и активных. В действительности же основатель марки Франко Москино слыл редким бунтарем в итальянской моде, абсолютно не склонной ни к каким крайностям и революциям. Он был первым итальянцем, позволившим себе иронизировать над символами люкса, богатства и статуса. То есть всего того, что свято чтит итальянская индустрия моды.

До того как в 1983 году основать собственный бренд, Франко Москино успел поучиться в миланской Академии художеств на живописца. По окончании академии он стал иллюстратором, а затем устроился зарисовщиком к Версаче. Может быть, именно работа у Версаче, где царил культ роскоши и богатства, научила его ремеслу и в то же самое время внушила ироничное отношение к люксу, на котором он впоследствии и выстроил собственную империю.

Многие сравнивали его с главным французским бунтарем того времени Жан-Полем Готье, но общего у них было немного — разве что сюрреалистические выходки в духе Эльзы Скьяпарелли и чувство юмора. В остальном Готье всегда экспе риментировал с формой и материалами, а Москино, наоборот, был убежден, что в моде все уже создано и настало время просто взглянуть на это наследие современным и иро ничным взглядом. Он построил все свое творчество на цитатах и таким образом стал, вероятно, первым дизайнером —постмодернистом. При этом по крою вещи Москино были исключительно удобными и выставляли тело в выгодном свете, подчер — кивая его достоинства.

Его сюрреалистические цитаты известны: пластиковые яичницыглазуньи, украшавшие подол юбки, серьги в виде электропроводов, топы из английских бу — лавок, знаменитое пальто из плюшевых мишек, появившееся на обложке Vogue в 1989 году. В своих провокациях он порой заходил достаточно далеко — украшал тройную нитку жемчуга пластико вым круассаном или делал целое ожерелье из часов Rolex. И жемчуг, и Rolex всегда были статусными символами, покушаться на которые никто до него не смел.

Москино высмеивал логоманию, охватившую мир к концу восьмидесятых: на спине кашемирового жакета вышил золотом надпись Expeпsive jacket, а пояс другого украсил слова — ми Waste of money — «пустая трата денег». На костюме в стиле испанских матадоров, особенно любимых в то время за торжественное сочетание черного с золотом, он поместил надпись Bull chic.

Самое странное, что те, над кем он позволял себе смеяться, становились его преданными поклонниками и покупали все эти вещи с еще большим рвением, что позволило Москино стремительно расширить свой бизнес. Уже в 1988 году он запускает вторую линию Moschino Cheap & Chic. Но в 1994 году Франко Москино умирает от СПИДа, оставив свое дело на подъеме и в зените славы. И творческое руководство переходит в руки Росселлы Джардини, с которой дизайнер работал с пер вых дней своей карьеры. Именно она руководит маркой по сей день, и для нее это продолжение дела Франко Москино, а не просто поддержание на плаву его бизнеса.

Росселла Джардини — красивая итальянка с живыми карими глазами — явно с удовольствием вспоминает работу с Франко, которому была предана при жизни. А теперь, вот уже двадцать лет после того, как его не стало, она остается так же преданной его идеям, кото рые сегодня уже не выглядят столь провокационными. «Мы познакоми лись с ним в начале восьмидесятых, Москино только начинал, и когда создал собственную марку и позвал меня к себе, я не раздумывала, хотя серьезно теряла в деньгах. Я была нужна ему не как дизайнер: Франко считал меня элегантной и видел в моем стиле то разнообразие, которого ему не хватало. Так что я стала его музой».

Впрочем, у музы был вполне кон кретный круг обязанностей. Сначала Росселла занималась аксессуарами и обувью, потом уже одеждой — сначала как ассистент, следом как напарник, и так много лет. «Его интересовала мода как язык: он умел услышать происходящее вокруг и хотел э то передать. Он пересматривал своими глазами все, что было сделано другими, — рассказывает Росселла. — Идея постоянных цитат была им заложена изначально, но он вносил в это мягкую иронию и новые интонации. Например, брал жакет Chanel, но шил его не из твида, а из какой —нибудь немыслимой ткани. Или классический тренчкот — его он делал из крупной сетки, а пальто —шинель, предположим, создавал из шелка или парчи.

Москино не боялся шутить, у него было фантастическое чувство юмора, поэтому, когда его не стало, нам предсказывали скорый конец как бренду. Но мы решили продолжать и развивать его идеи. Я не рисую эскизы сама, но даю основное направление, идею, цветовую гамму и дальше отслеживаю коллекцию на каждом этапе».

За те двадцать лет, что прошли со смерти Франко Москино, первоисточники его коллекций остались неизменными. Из сезона в сезон мы видим парафразы на классику мадемуазель Шанель, британское наследие в виде тренчкотов, испанские и шотландские мотивы, военноморскую романтику. В общем, все, что принято считать очевидным, но оттого не менее любимым.

А то, что все эти вещи сделаны с известной долей юмора, позволяет им оставаться молодежными и современными. Хотя, конечно, уже не столь провокационными, как тридцать лет назад, когда Франко Москино позволял себе надписи на футболках, гласящие: «Хорошего вкуса не существует».